July 8th, 2014

Европой правят педофилы?

Пока наши украинские друзья, чтобы нас очередной раз порадовать, составляют новые сводки с кровавых полей, я предлагаю отвлечься от поднадоевшего процесса строительства молодой украинской демократии и поговорить о чем-нибудь занимательном. Тем более, что в эти знойные месяцы нам так хочется любви и романтики. Так как праздник содомии в Киеве – матери городов русских, не состоится, мне пришлось искать источники вдохновения в старушке Европе, которая не перестает радовать уверенной поступью прав человека по детским трупикам.

Тихой сапой в либеральной Британии разворачивается сатано-педофильский скандал, способный затмить самые мрачные и кровавые теории заговоров, вроде знаменитых немецких «болотных дел» или дела Марка Дютру, о котором я обязательно еще напишу, от подробностей которого у любого нормального человека волосы буквально встают дыбом и кровь стынет в жилах.

В октябре 2011 года умер комик, ведущий многочисленных телешоу, меценат, друг детей и просто замечательный человека - Джимми Сэвил. Такая трагедия не могла остаться незамеченной, в первую очередь многочисленными жертвами педофила Сэвила и членами их семей.
Джимми Сэвил - друг всех детей
Collapse )

Нет повести забавнее на свете, чем повесть о воинственном тырнете

Объявляется мобилизация наиболее многочисленных и мощных сил политрунета - противосливных войск!
Вот тебе и белка вам шеврон, вот речевка, как гриццца, вперед и с песней. Из-под Славянска телеграфируйте о прибытии.

Раз-два-три и снова раз,
Нам главкомы не указ!
Чтоб страну никто не слил,
Нам на визг достанет сил.
Пусть не знали плечи лычки,
В каждой бочке мы затычка.
Чтобы страны престиж не слаб,
Слушать должен нас Генштаб!
Хоть мы в массе не служили,
Нет патриотичней силы:
Нам знакомы лишь успехи,
Лайком мы порвем морпеха!
Всех затравим, всех заткнем,
Не сольешь наш водоем!
ну и т.д.

посмотреть другие картинки автора

Пляжные законы, смешные? - кому как..

Не только российские депутаты проявляют изрядную "фантазию и изобретательность": иностранные законотворцы также делают веселой жизнь местных правоохранителей. В том числе тех, кто по долгу службы присутствует на пляжах. Ведь в некоторых странах классический набор правил поведения на пляже дополнен курьезными запретами. Итак - самые смешные, глупые, а иногда и жестокие пляжные законы на заграничных курортах.

3525562

Collapse )

Фильмы нашего детства

Можете представить, что ваши дети во 2-й, а то и в 3-й раз идут в кинотеатр на один и тот же фильм? А мы ходили, и по 5 раз! Прежде всего, конечно, причина заключалась в дефиците интересных для 10-летних пацанов фильмов, да и телевизор далеко не в каждой семье был. А компьютерах - о ужас! - никто тогда даже и не слышал. Но и фильмы были хороши, согласитесь.

3523736

Collapse )

Не дразни медведя



Чем закончилось видео я не знаю, но судя по тому, что выложили на ютубе, все живы! Ну или медведь сам выложил это видео

20 причин, почему вам не нужны тридцатилетние мужчины

thirty-man

1. Мы, тридцатилетние, не доверяем людям и особенно женщинам, потому не охотно пускаем новых людей в свой сформировавшийся мир.

2. Мы привыкли всего добиваться сами, поэтому знакомиться с нами первыми — гиблое дело.

3. Мы имеем устоявшиеся взгляды, а потому часто зануды.

Collapse )

Иудея, Израиль и Большая Игра (Часть 4)

Оригинал взят у bossjak в Иудея, Израиль и Большая Игра (Часть 4)

Пока в Иудее ассирийских шпионов сменяли иудейские пророки, которых потом преследовали иудейские олигархи, в Египте тоже происходило много интересного. Крах Нового Царства – это было явление во многом сходное с нынешними временами, т.е. это уже было не случайное обрушение, основанное на каком-то одном природном факторе. Это был самый настоящий системный кризис, вызванный целым комплексом причин. Вероятно, роскошная имперская жизнь, довела до полной деградации и управляющее звено, и всё население, и даже гастарбайтеров сие разложение не миновало. Похоже, что Египет разом утратил вообще какой-либо смысл в жизни, кроме наслаждений. Элитные египтяне больше не ходили в походы, не плавали по морям, а предавались оргиям. Всю работу за них делали теперь рабы и наёмники, которые на начальников глядючи, тоже со своими обязанностями не шибко справлялись.

Конечно, низкое качество чиновников, требовавшее всё более раздутого чиновничьего аппарата, при высоком уровне жизни, создавало серьёзную почву для очередного перепроизводства элит. Но спусковым крючком стало нечто совсем новое для Египта. В Новое Царство тоже пришло ростовщичество. Ранее, чтобы отбить затраты на содержание огромной наёмной армии, фараонам надо было много воевать, но теперь египетская армия перестала быть самой сильной на планете из-за того, что фараонов-спортсменов, сменили фараоны-потребители. Археологические данные чётко показывают, как, начиная с Рамсесов, фараоны постоянно делают некие «подарки» жрецам, что к концу правления династии рамесидов полностью опустошает казну, на чём Египетская Империя и прекращает своё существование.

Долги убили фараонов, и слабость династии рамесидов – это всего лишь следствие их зависимости от жрецов-капиталистов. Слабость же центральной власти в эпоху развитого потребления приводит к чудовищной коррупции, разграблению гробниц, и, конечно, к непрекращающейся борьбе дворцовых кланов за доступ к таящему на глазах бюджету.

Хотя, Египет был в этом деле ещё новичком. В Междуречье ростовщичество существовало ещё до возникновения самого Египта. В древнем Шумере экономические проблемы возникали с завидной регулярностью, практически по расписанию. Скорее всего, именно из Шумера предки Авраама и уволокли столь чудной закон не давать займы в рост братьям своим, ибо прекрасно могли убедиться сами - добром это не кончается никогда.

В принципе, что перепроизводство элит, что ростовщичество – это две стороны одного и того же процесса. И в одном и в другом случае происходит разрастание перекосов в пропорциях общества. То ли, управляющая элитная верхушка, неумеренно разрастаясь, переводит все доступные ресурсы на коррупционный и потреблятский выхлоп. То ли, ростовщики, разоряя реальный сектор экономики, загоняют всю свободную энергию в виртуальный мир финансовой линейки, вызывая тем самым всё то же перепроизводство элит за счёт сокращения общей кормовой базы.

А есть ещё и запасной вариант развития события. Плохие долги называется. Т.е. если фараон, царь, царевич, король, королевич (нужное подчеркнуть) проиграет войну и заявит, что деньги вернёт после дождичка в четверг, то ему ведь особо не возразишь. Такие штуки в средние века очень любили откалывать, например, английские короли. Ростовщикам даже приходилось частенько разоряться от удивления. А далее по цепочке вместе с ростовщиком горят и его клиенты, что даёт начало лавинообразно развивающемуся процессу, который редко кому удаётся вовремя остановить.

Понятно, что самому ростовщику подобные риски тоже не в радость, и поэтому со времён того же Шумера, все более-менее серьёзные финансовые фонды стремились ставить на разных скакунов, и свои риски распределить так, чтобы не прогореть совсем. Ныне это называется диверсификацией рисков.

Это значит, что ростовщик или должен иметь крышу, способную выбивать долги с заёмщиков, или кредитовать две конкурирующие стороны под двойные проценты, чтобы в случае чего не прогореть совсем. Это тоже неотъемлемое свойство ростовщического капитала: вкладываться во всех сразу - просто нет иного выбора. И получается, что когда дедушка и прадедушка двух президентов США Прескотт Буш, будучи банкиром, кредитовал одновременно все воюющие во Второй Мировой войне стороны, то это процесс естественный и было бы удивительно, если бы это было не так. Уже вижу, как поднимается буря негодования. Мол, что он себе позволяет, как это так – «естественный процесс», ведь это же самое настоящее зло.

Согласен. Зло. Тоже самое написано и в Ветхом Завете. Черными буквами на фоне цвета потрескавшегося папируса. Я всего лишь хочу сказать, что это зло совершенно естественное, это системное свойство любого ростовщичества. И мы с Вами должны чётко понимать, что заставит нас делать этот самый ростовщический капитал, если мы обратимся к его услугам: диверсифицировать риски и максимизировать прибыль. И стоит нам только ступить на этот путь, как наше личное мнение о том, что есть хорошо, и что есть плохо, уже никто спрашивать не будет. С нас будут спрашивать какие-нибудь акционеры, какой-нибудь отчёт, о каких-нибудь прибылях и убытках. А лучше ни о каких не убытках, а только о серьёзных прибылях.

Так было всегда, когда речь заходила об управлении капиталами и вообще об управлении чем-либо. И Прескотт Буш ничем не лучше и не хуже в этом смысле еврея Товита. Который в своей книге сам, совершенно честно, поведал, что и в стародавние времена финансовые риски диверсифицировались абсолютно так же, как и сегодня. Сам Товит был поставщиком ассирийского царя, но денежки хранил у мидян, злейших ассирийских врагов. Вот такая вот загогулина.

Ну, да ладно. Надеюсь, что это небольшое отступление в сторону, призванное лишь показать, что отделить агнцев от козлищ бывает весьма трудно, Вас не притомило слишком. Ибо я таки возвращаюсь к основной гуще событий.

Итак, в Иудее царя Езекию сменил царь Манассия. Это значило, что централизованную и национально-ориентированную власть сменила власть олигархическая, транснациональная, в общем, ориентированная непонятно на что. Манассия, суровым голосом заявил народу, что его папа был не прав, жесточайшим образом, в стиле царя Давида ликвидировал пророка Исайю, а иудейские финансовые элиты с удовольствием принялись копировать роскошный ассирийский образ жизни, затариваться всякими прекрасными вещами, ну и конечно, спонсировать проституток.

Не узреть здесь влияния Ассирии невозможно, учитывая, насколько резким получился разворот иудейской политики. На место одного из самых последовательных противников, ассирийцы с удовольствием посадили теперь одного из самых преданных почитателей, а простые евреи, которых опять же никто не спрашивал, отправились воевать в Египет в числе коалиционных миротворческих сил. А даже если и не воевали, так из собственного кармана финансировали точно.

Яростное сопротивление Езекии никоим образом не повлияло на относительную мягкость, которую проявили в случае с иудеями ассирийцы. Другим царствам региона повезло существенно меньше, а о том, как легко в Ниневии рубили головы помазанникам, уже было сказано.

Но здесь ассирийцы действовали крайне осторожно. Синаххериб, оставив Езекию на троне, явно рассчитывал о чём-то договориться позднее. Иудея была нужна Ассирии по возможности целёхонькой. А поэтому после второй неудачной осады Иерусалима, из Ассирии пришёл не карательный отряд, а группа дипломатов, благодаря усилиям которых, и произошла столь кардинальная смена иудейской политики.

Вероятно, дело в том, что в генштабах Ашшура и Ниневии уже замыслили поход в Египет, который всё чаще вмешивался в предупредительных целях в дела Палестины. Вот эту предупредительность египтян и решили предупредить ассирийцы. А для этого им требовалась база в Иудее, которая есть ни что иное, как ворота в Египет. У Египтян всегда был сильный флот, а переход через Синай в условиях, когда нет поддержки с моря или с суши задача не из лёгких.

Но теперь, после воцарения Манассии, царь Асархаддон, имел надёжную базу в Иудее, и идея похода на Египет обретала ощутимые очертания. Для пущей уверенности Асархаддон подмял под себя ещё и арабов, которые должны были обеспечить водой ассирийские войска при переходе через Синай. В общем, ворота в Египет оказались распахнуты настежь. Победа Ассирии стала вопросом времени, а тем египетским олигархам, которые не пожелали в своё время поделиться с Бокхорисом, предстояло теперь отдать всё Асархаддону.

Расклад был совершенно очевиден. Хотя фараон Тахарка сопротивлялся как мог, и в 674 году до н.э. Асархаддону перейти Синай всё-таки не дали, но уже через три года ассирийцы осадили союзный Египту Тир, лишив тем самым возможности Египет действовать с моря, затем вторглись в сам Египет, сломили сопротивление Тахарки, захватили и разграбили Мемфис. Ассирийский царь овладел всей страной вплоть до Фив, и некогда великий Египет стал самой банальной провинцией. Ассирийцы разместили в городах свои гарнизоны, наложили большую дань и ввели культ бога Ашшура. Что интересно, в этот момент весьма оживились северные ливийские династы, с удовольствием подружившиеся с азиатами против эфиопов. Благодаря этому они сохранили свои владения, а Асархаддон принял титул царя Египта и Куша.

После захвата Египта, наместником на Севере был назначен ливиец Нехо, сын Тефнахта II. Всё это были потомственные саисские номархи, и все они очень плохо ладили с эфиопами. Разумеется, ассирийцы были в курсе этих внутренних склок, и кандидата выбрали вполне осмысленно.

Когда последний чёрный фараон Танутамон предпринял попытку вернуть север Египта, Нехо повёл себя очень ответственно – пошёл воевать. Правда, в очередной раз выяснилось, что ливийцы против эфиопов уже ни на что не годятся, и первый ассирийский наместник в Египте сложил свою голову в бою. Остальные же ливийские князьки заперлись в городах и откупились от Танутамона. Ассирийцы же, как всегда занятые кровопролитием на других фронтах, долго не реагировали вообще. В итоге, все ливийские князьки, кроме, разумеется, сына Нехо, Псамметиха, признали главенство Нубии.

Псамметих же оказался достойным продолжателем линии своих предков; он предпочёл ассирийцев нубийцам. Но в одиночку ему было не справиться, поэтому он бежал в Ассирию просить вспоможения. Видимо, он наговорил там столько интересного, что как только у ассирийцев образовалось окно в расписании, они собрали огромную армию, и новый ассирийский царь Ашшурбанапал пошёл наводить порядок. Нубийцев развеяли по пустыне, Фивы снова пали, а Псамметих стал вторым ассирийским наместником в Египте.

Но это было только начало. Псамметих ведь служил не ассирийцам, а исключительно себе, к тому же он нашёл новый источник силы для Египта. Для того чтобы прекратить феодальный передел на севере, он сделал ставку на греческих наёмников. А чтобы привлечь в Египет греков, он начал мощнейшую рекламную кампанию на Балканах. Доходило даже до курьёзов. Тиран Коринфа Периандр назвал именем египетского фараона своего племянника, который по причине смерти всех пяти сыновей тирана наследовал в 585 году до н. э. власть над полисом. В итоге, в Средиземноморье оказалось одновременно два правителя с именем Псамметих.

Заполучив таких отчаянных бойцов (сыновья Периандра умирали наверняка не в постели), Псамметих ничуть не прогадал. Собрав в одно целое северные земли, он при помощи тех же греков окончательно загнал нубийцев в Нубию и тут же выставил вон из Египта ассирийцев. Напомню, что Псамметих некоторое время провёл в самой Ассирии и даже выучил местный язык. За это время он оброс нужными связями, а потому мог быть в курсе, что ассирийцам будет просто не до него. Неудивительно, что он очень удачно выбрал момент, чтобы объявить о своём нежелании делить с ассирийцами налоговые сборы.

На севере Ассирию напрягали урарты, на западе шла война с Лидией. На востоке ассирийцы рубились с Мидией и Эламом. А в самой Ассирии Псамметих нашёл союзника в лице родного брата ассирийского царя, мэра Вавилона Шамаш-шум-укина, тем самым кольцо врагов ассирийского царства замкнулось и с юга.

Назревала самая настоящая мировая война. И она таки началась. В 656 году до н.э. Псамметих объединил Египет. И уже в 654 году египетские войска снова вошли в Палестину и захватили ассирийскую провинцию Ашдод. Параллельно с этим в войну вступил лидийский царь Гигес, игравший за Малую Азию, через год включилась Мидия, весной 652 года до н.э. от Ассирии откололся и Шамаш-шум-укин, на помощь которому пришёл Элам. Как говорится, танцуют все.

Совершенно понятно, что Иудея не могла не поучаствовать в этом празднике жизни. Вот уже тысячу лет этот пыльный клочок земли являлся важнейшим геополитическим узелком на карте Ближнего Востока. И пока Египет был самостоятельным и достаточно влиятельным игроком, Иудея занимала самое серьёзное стратегическое значение ключа от ворот в долину Нила.

Следовательно, когда Псамметиху удалось вернуть Египту былую силу, одновременно с этим возросло и значение Иудеи, а египтянам теперь требовалось обеспечить над ней контроль. Но иудеи, наученные горьким опытом, не спешили менять политический вектор. Ассирийцы в любой момент могли вернуться, а их спецслужбы не дремали. В Эламе, например, всякий раз как царь собирался идти против ассирийцев случался какой-нибудь переворот, и ассирийцы спокойно продолжали наводить порядок в других местах.

В 665 году до н.э. эламский царь Уртаки совершил поход на Вавилон в поддержку поднявших мятеж приморских халдеев. Ассирийский царь Ашшурбанапал отреагировал быстро, войска Элама были вынуждены отступить, но добиться победы ассирийцам не удалось, и Элам уцелел. Правда, вскоре после этого и эламский царь, и все вожди мятежных халдеев «неожиданно» умерли. Ещё более крупного успеха секретная ассирийская служба добилась в 650 году до н.э., когда была в самом разгаре война с антиассирийской коалицией, поддерживаемой Псамметихом. Стоило только эламитам выступить на помощь Шамаш-шум-укину, как в Эламе произошёл государственный переворот, а царь Хумпанникаш и его родные были убиты. Элам на время был полностью парализован и выведен из борьбы. Ровно такая же история приключилась в Эламе ещё пару лет спустя. Теперь в результате очередного, столь своевременного для ассирийцев, переворота погиб царь Индабигаш.

В общем, до поры до времени иудеи выжидали. А пока они выжидали, в Ассирии и Вавилонии шла невиданная по своим масштабам гражданская война. Понятно, что такие вещи не проходят бесследно для экономики, и тем более для международной торговли. Можно долго спорить о причинах краха Ассирии, но очень трудно и здесь не усмотреть в числе прочих экономическую составляющую. Когда несколько позже фараон Нехо наложил дань на Иудею, объявившую таки о своей независимости, то дань эта составляла всего сто талантов серебра и один талант золота в год. Т.е. серебра было чуток, а золота не было практически совсем! С такими выплатами в жирные годы в одиночку справился бы и десяток Товитов! А если сравнивать с тем, что Иудея порой выплачивала ранее, то это вообще капля в море: «И наложил царь Ассирийский на Езекию, царя Иудейского, триста талантов серебра и тридцать талантов золота». И это не удивительно. Глобальный ассирийский экономический кризис сказался и на иудейских «старейшинах». Поскольку их торговые дела наверняка ухудшились резко, а большинство заёмщиков объявило дефолт, то власть стала им слишком дорого обходиться. Наметился очередной дефицит бюджета.

Первым результатом этого дефицита стало то, что сын Манассии Аммон не смог дожить до старости. Он царствовал всего два года, и погиб в результате переворота: «И составили заговор слуги Аммоновы против него, и умертвили царя в доме его» (4Цар 21:23). Но радость победителей была недолгой. Попилить и без того дефицитный бюджет им не дали. Сторонники реформ, начатых Исайей, временно усмирённые олигархами при Манассии, воспользовались этим брожением умов, и вскоре цареубийцы столкнулись с народным гневом и были растерзаны: «Но народ земли перебил всех, бывших в заговоре против царя Аммона; и воцарил народ земли Иосию, сына его, вместо него».

Факт того, что путчистов, убивших Аммона, сместили не в результате очередного дворцового переворота, а в ходе самой настоящей революции, говорит о действительно больших внутренних проблемах. Ещё во времена царя Езекии пророк Амос описывал чудовищные коррупцию и произвол, а он писал во времена кризиса куда как меньшего! Теперь проблемы уже нельзя было разрешить, казнив какого-нибудь Исайю, или настучав по темечку царю Аммону, решившемуся на конфликт с олигархами. Ибо у всех желающих оставалось множество достойных поводов высказать своё «фи». Евреям порядком надоел весь этот беспорядок, а потому они поднялись и устроили свой собственный еврейский погром. Но если народ всё-таки поднялся, этим не могли не воспользоваться профессиональные еврейские мозгоправы - левиты. По крайней мере, это вполне в их традиции - сажать на трон восьмилетних мальчиков: «Восьми лет был Иосия, когда воцарился, и тридцать один год царствовал в Иерусалиме» (4Цар 22:1).

 Ещё более показательная характеристика людей стоявших за Иосией - это реформы. Мы уже не раз касались этого эпизода ранее, но напомню: «И сказал Хелкия первосвященник Шафану писцу: книгу закона я нашел в доме Господнем. И подал Хелкия книгу Шафану, и он читал ее. И пришел Шафан писец к царю, и принес царю ответ, и сказал: взяли рабы твои серебро, найденное в доме, и передали его в руки производителям работ, приставленным к дому Господню. И донес Шафан писец царю, говоря: книгу дал мне Хелкия священник. И читал ее Шафан пред царем. Когда услышал царь слова книги закона, то разодрал одежды свои. И повелел царь Хелкии священнику, и Ахикаму, сыну Шафанову, и Ахбору, сыну Михеину, и Шафану писцу, и Асаии, слуге царскому, говоря: пойдите, вопросите Господа за меня и за народ и за всю Иудею о словах сей найденной книги, потому что велик гнев Господень, который воспылал на нас за то, что не слушали отцы наши слов книги сей, чтобы поступать согласно с предписанным нам» (4Цар 22:8-13).

Я не буду распространяться по поводу слова «нашёл». Тут как раз всё понятно и совершенно не интересно. Интереснее совсем другое: «И пошел царь в дом Господень, и все Иудеи, и все жители Иерусалима с ним, и священники, и пророки, и весь народ, от малого до большого, и прочел вслух их все слова книги завета, найденной в доме Господнем» (4Цар. 23:2).

Считается, что это было Второзаконие, а точнее его самая первая редакция. От себя лишь отмечу, что никакое Второзаконие не появилось бы на свет, если б несколько ранее не были созданы соответствующие предпосылки. Исайя, конечно, напомнил иудеям о существовании Моисея, но четыре моисеевых книги разом - это слишком жирный кусок для усвоения простым людом. Да и зачитывать такой талмуд было как-то не с руки. А вот Второзаконие книга вполне подходящая по всем статьям именно для таких целей. Ну и чтобы народ всё хорошо запомнил, окончательно утвердили Пасху как ежегодный и обязательный праздник, благо идея была отменная. И народ, надо сказать, проникся, возликовал, отправился наконец-то работать, и очередной кризис был преодолён.

Оно и правильно, богу богово, но о делах земных тоже нельзя забывать. Тем более, что пока Иосия закручивал гайки в Иерусалиме, пала Ассирия, а её место тут же занял Вавилон. Началась борьба за ассирийское наследство. Иосия, разумеется, в стороне не остался и быстренько прибрал к рукам бывшие территории Израиля до самой до Галилеи, где и продолжил религиозные реформы в лучших традициях левитов: «Также и все капища высот в городах Самарийских, которые построили цари Израильские, прогневляя Господа, разрушил Иосия, и сделал с ними то же, что сделал в Вефиле; и заколол всех жрецов высот, которые там были, на жертвенниках, и сожег кости человеческие на них, - и возвратился в Иерусалим» (4Цар. 23:19,20). В общем, святой человек был с точки зрения левитов, времён введения Второзакония: «Подобного ему не было царя прежде его, который обратился бы к Господу всем сердцем своим, и всею душою своею, и всеми силами своими, по всему закону Моисееву; и после него не восстал подобный ему» (4Цар. 23:25). Обратите внимание, здесь снова появляется эта столь редкая ссылка на Моисея.

Но совсем другое бросается в глаза в первую очередь. При пророке Исайе никого не убивали, и уж точно не жгли ничьих костей. Это именно во Второзаконии был окончательно сформулирован главный левитский закон «богоизбранности» – всякому смерть, если он чужак. И это ощутимо противоречит самому духу того, что говорится в писаниях того же пророка Исайи. Т.е. запрограммированное иудейское зло, оказывается, не было таким уж запрограммированным. Исайя легко смог от него отказаться, а вот левитам, взявшим в руки власть при царе Иосии, было нужно нечто совсем другое - починить поломавшуюся машинку для стрижки овец, а поэтому и тонкие материи их волновали постольку поскольку. Вот об этом и надо помнить.

 

 

 

 

Итак, после реформ Иосии, израильтяне, среди которых теперь расселились толпы всяких халдеев, стали выглядеть в глазах своих «очистившихся» собратьев не только вероотступниками, но и чужаками. После чего иудейский царь, пользуясь эпохой полной безнаказанности, принялся наводить свои порядки в соответствии с теми самыми методами, с которыми мы уже так хорошо знакомы.

Тем временем, миграционная политика ассирийцев сделала своё дело. Полное уничтожение царства ассирийцев даже не изменило ощутимо самих границ их империи, просто главным теперь стал Вавилон, а ассирийцы оказались развеянными по миру, как некогда израильтяне. Впрочем, это ещё надо разобраться, кто в Вавилоне был не ассирийцем, а вавилонянином или халдеем по национальности. Если помните, мэр мятежного Вавилона сам был ассирийцем царского роду-племени. И тут вообще стоит особо отметить, что вавилоняне очень не любили распространяться по поводу разрушения городов Ассирии, а если и говорили, то с нескрываемым сожалением, позднее свалив вообще все грехи на мидян со скифами.

Учитывая этот расклад, когда по итогам гражданской войны происходит всего лишь переезд правительства из одного города в другой, египтянам не оставалось ничего иного, как из двух противников срочно поддержать более слабого, дабы отсрочить этот переезд. Пока Вавилон был слабее, Египет с удовольствием помогал ему. Но стоило ассирийцам оказаться на грани поражения, как Египет тут же выступил на помощь уже им.

Великий Псамметих к этому моменту уже умер, вполне насладившись плодами своих усилий по развалу могучей Ассирийской империи. Ему наследовал его сын Нехо II. Он тоже быстро сориентировался в ситуации и в 609 году до н.э. рванул на помощь остаткам ассирийцев, ведущим военные действия против Вавилонии и Мидии в районе Харрана. По пути он жестоко наказал Газу и Аскалон, оказавшие сопротивление египтянам. Затем у Мегиддо путь фараону неожиданно преградил иудейский царь Иосия со своим войском.

Вообще это говорит о том, что игроки поменьше тоже восприняли падение Ассирии как очередную династическую заварушку. Подобное происходило неоднократно, и всякий раз Империя возвращалась и наказывала поспешивших. С точки зрения палестинских царьков не произошло ничего особенного, в Империи просто сменилась столица и правящая династия, а потому лучше не повторять ошибок прошлого.

Для игроков поменьше задача всегда одна – держаться сильнейшего. Судя по выбору Газы и Аскалона, в гибель Империи никто сразу не поверил, поэтому и Иосия, учтя ещё дедовский опыт, выступил против египтян, ещё казавшихся слабыми. Требование фараона пропустить египетскую армию к Евфрату было с ходу отвергнуто и началось сражение. Но в самом начале боя Иосия был смертельно ранен в горло египетской стрелой, и иудеи отступили.

Расчистив себе путь, и соединившись с последним ассирийским царём Ашшур-убаллитом II, фараон перешёл Евфрат и атаковал Харран. Тяжёлые бои велись всё лето, но вавилонский гарнизон удержал город. В сентябре того же года первый царь вавилонской династии, халдей Набопаласар, получив помощь от мидийцев, двинулся на выручку Харрану. Нехо, узнав о его приближении, снял осаду и без боя отступил за Евфрат на зимние квартиры. Харран остался в руках вавилонян. А 609 год до н. э. теперь считается датой окончательного исчезновения Ассирийской Империи.

Оккупировав Сирию, Нехо занялся обеспечением тылов. Он вызвал к себе в ставку сына Иосии Иоахаза. Ослушаться в тот момент было смерти подобно, потому новый иудейский царь явился без промедления. Но по прибытии в ставку ему было изложено следующее видение ситуации фараоном: Иоахаз должен понурить голову и тотчас молча отправляться в Египет, а перед этим ему следует передать руководство Иудеей своему брату Иоакиму. Кроме того, фараон затребовал денег, серебром и золотом, на карманные расходы. Вариантов у Иоахаза вообще-то не было, поэтому он выполнил все требования и остался заложником в Египте. Теперь, в случае чего, фараон всегда мог использовать одного брата против другого, правда, такого случая не представилось, и Иоахаз умер на чужбине. 

Обеспечив себе тылы на юге, Нехо полностью переключился на восток. А там уже Набополасар вёл своих халдеев в Сирию. Началась ожесточенная борьба за переправы на Евфрате. Египтяне и Халдеи бодались с 607 до весны 605 года. Первая попытка переправиться у города Кимуху на Евфрате после тяжелых боев была египтянами сорвана, но осенью вавилоняне создали второй плацдарм в районе городов Шунадири, Эламму и Духамму. Все попытки египтян сбросить халдеев обратно в реку на этот раз потерпели неудачу, и весной 605 года до н.э. вавилонская армия под командованием царевича Навуходоносора выступила в поход. Нехо тоже отправился к Евфрату с главными силами своей армии, в составе которой каждой наёмной твари было по паре. Наряду с египтянами и ливийцами, были нубийцы, лидийские лучники и греческие наёмники. Решающая битва произошла под Каркемишем в конце мая 605 года. Вавилоняне, форсировав Евфрат, южнее Каркемиша, атаковали египетский лагерь под городскими стенами. Разношерстная египетская армия не выдержала натиска, и противник на плечах отступавших ворвался в город. На улицах города разгорелись кровопролитные схватки, и в городе начались пожары, вынудившие египтян покинуть город, и выйти в поле, где вавилоняне довершили их разгром. Остатки египетской армии в панике бежали к Хамату. Здесь победители снова настигли их и рассеяли уже окончательно. Потери египтян составили десятки тысяч человек. Мелкие государства Сирии, Финикии и Палестины разумеется не оказали никакого сопротивления Навуходоносору и поспешили принести ему дань. От окончательного разгрома Нехо спасла только смерть Набопаласара и отъезд, в связи с этим, Навуходоносора в Вавилон. Но из Сирии египтянам пришлось уйти.
 



Иудея, Израиль и Большая Игра (Часть 3)

Оригинал взят у bossjak в Иудея, Израиль и Большая Игра (Часть 3)

Так что отложим пока в сторону идеологический аспект и вспомним о том, что является не менее важной причиной многих реформ – дефицит бюджета. Езекия, развернувший титаническое строительство, выплачивая при этом дань ассирийцам, наверняка оказался перед проблемой нехватки средств. А в таких условиях, сплотить и направить людей работать на общую цель может только пророк. А потому Исайя и оказался на коне.

 Дело в том, что в это же самое время в Ассирии началась самая настоящая гражданская война, и это затронуло Иудею напрямую. Поясню. Была у иудейского государства одна интересная особенность, о которой крайне редко вспоминают.

Что такое собственно Иудея? Клочок пыльной, сухой степи. Выращивать тут урожай или пасти скот в разы менее перспективно, чем, скажем, вдоль берегов рек Междуречья или Нила. Ресурсов вообще никаких. Даже древесина ближайшая была далеко на сервере, в Ливане, к которой финикийцы никого не подпускали, и Соломон выменивал её на нубийское золото.

Остаётся только вопросить, что же держало евреев в этой богом забытой земле? И ответ тут будет самым неожиданным. А они и не держались! Они расползались по всему белу свету ещё задолго до падения Самарии. Вот я ранее привёл пример, как часть евреев бежала в Египет после взятия Иерусалима вавилонянами. Вы сами подумайте, неужели вот так просто вскочили с насиженных мест и всей толпой побежали? Да, кто их там ждал-то!

А ведь всё просто, единственная деятельность, которая приносила евреям достаточный доход – это торговля. Во-первых, евреи – это всё-таки народ по своей сути кочевой, а это как-никак склонность на уровне генетики. Например, ближайшие их родичи финикийцы, вообще не мыслили себя без путешествий. Правда, те плавали по морю, а евреи ходили пешком или на верблюдах разъезжали.

Во-вторых, религия евреев тоже на месте не держала. Храмы им были особенно ни к чему, ибо своего Бога евреи носили всегда при себе. В таких условиях именно еврейская нация была обречена стать народом-торговцем. Не только в Египте, а по всему цивилизованному миру существовали их колонии. Туда и бежал народ, убоявшийся халдеев.

Ассирийская империя самим своим возникновением сделала еврейскому народу огромнейший подарок – единое ассиро-вавилонское экономическое пространство. Евреи, несомненно, с лёгкостью включились в эту игру, и очень быстро появилась сила, с которой уже надо было считаться многим – еврейский капитал.

Открываем книгу Товита и читаем следующее: «И даровал мне Всевышний милость и благоволение у Енемессара, и я был у него поставщиком; и ходил в Мидию, и отдал на сохранение Гаваилу, брату Гаврия, в Рагах Мидийских, десять талантов серебра» (Тов 1:13,14). Между прочим, товарищ Товит был в числе прочих переселён из Израиля в Ассирию. Но уже вскоре помимо узелка с вещами он оказался владельцем десяти талантов серебра сбережений и не больше, не меньше, поставщиком царского двора. Не хило, правда? Но откуда, он взял подъёмные?

Свои сбережения, Товит передал на хранение другому еврею Гаваилу, который проживал аж в далёкой Мидии. Тот тоже наверняка кому-то что-то поставлял, но не это главное. Снова читаем Товита: «И пошел Рафаил и остановился у Гаваила и отдал ему расписку; а тот принес мешки за печатями и передал ему» (Тов 9:5). Вот оно что, Гаваил-то банкир! Но это и логично, ведь если есть капитал, то есть и его институты – банки. Получается, что и еврейские банки и еврейский капитал существовали ещё до падения Самарии, а значит, существовали и банкиры, такие как Гаваил.

Но еврейский капитал – это всё-таки образ чисто умозрительный, а у него должны были быть свои реальные представители. Например, такие же старейшины, которые в соседнем с Иерусалимом Тире вязали по рукам и ногам местного царя Баала. Они тоже были крайне не заинтересованы в том, чтобы кто-то мутил воду и портил им торговлю смутами и войнами. И если уж финикийские старейшины смогли сделать послушным своего царя, то почему это не могло получиться у торговцев еврейских?

Когда царь Езекия постановил, что отныне всем надо свозить золото исключительно в иерусалимский Храм, то он очень сильно наступил на мозоль многим влиятельным иудеям. Однако, в тот момент «старейшинам» пришлось подчиниться. Если послушать пророка Амоса, то можно прийти к выводу, что Езекия, как правитель, мог сыграть на следующих проблемах:

- вы попираете бедного и берете от него подарки хлебом;

- вы враги правого, берете взятки и извращаете в суде дела бедных;

- покупаете неимущих за серебро и бедных за пару обуви.

Если короче, то это коррупция, произвол властьимущих и массовые разорения налогоплательщиков. Совершенно очевидно, что господа олигархи совершенно зарвались, и вот это самое недовольство, которое выражали пророки Амос и Исайя, Езекия умело использовал в своих целях.

Помимо этого, в Ассирии начались серьёзные проблемы, и олигархам тогда просто некуда было деться от взора еврейского царя. Момент был удобный, и только слепой не узрел бы в проповедях Исайи отличный повод пополнить казну: «И израильтяне, и иудеи, живущие по городам иудейским, также представили десятины из крупного и мелкого скота и десятины из пожертвований, посвященных Господу, Богу их; и наложили груды, груды» (2Пар 31:6). Как видите, царь Езекия, поддержав Исайю, в накладе не остался.

А вот что по этому поводу пишет торговец Товит: «Я же один часто ходил в Иерусалим на праздники, как предписано всему Израилю установлением вечным, с начатками и десятинами произведений земли и начатками шерсти овец и отдавал это священникам, сынам Аароновым, для жертвенника: десятину всех произведений давал сынам Левииным, служащим в Иерусалиме; другую десятину продавал, и каждый год ходил и издерживал ее в Иерусалиме». Во как! Даже три десятины в итоге.

Надо отдать царю Езекии должное, все эти средства были пущены в дело. Иерусалим был превращён в неприступную крепость: городские укрепления удвоены, вокруг Иерусалима были засыпаны все источники воды, а в самом Иерусалиме была организована уникальная система водоснабжения. Забавно так же и то, что такие люди как Товит, по сути, создали ситуацию, когда Езекию финансирует сама Ассирия.

И успех пришёл к Езекии. Вторая осада Иерусалима окончилась для ассирийцев позорно. Но это только в Ветхом Завете всё выглядит здорово и замечательно. Езекия-то отсиделся за стенами, а вот остальная Иудея была разграблена. И наверняка очень многие задали вопрос: «Доколе?». Ну, в смысле, столько десятин уплочено, а Ягве даже ухом не повёл!

Поэтому неудивительно, что новый царь Манассия, оказался в полной власти олигархов. Об этом говорит каждый его шаг. Манассия начал массовые преследования пророков и предпочёл стать послушным вассалом царя Ассирии. Еврейским старейшинам-богатейшинам, аналогично египетскому жречеству при Рамсесах был не нужен сильный царь, да и отдавать десятую часть от нажитого «непосильным» трудом царю они тоже не собирались. А вот иметь хорошие отношения с Ассирией было очень даже выгодно для каждого отдельно взятого семейного бизнеса. И даже казалось, что всё теперь будет в полном порядке.

Однако, это было время ростовщиков. А у ростовщического капитала есть одна очень неприятная особенность. Хотя, на мой взгляд, это скорее особенность не ростовщического капитала, а тех, кто к нему прибегает, но назовём вещи так, как это делается по привычке.

Самым странным образом, ростовщичество приводит к кризисам и разорению. Такой вывод сделали ещё древние. Тот же Ветхий Завет наполнен открытыми нападками на ростовщичество, которые, кстати, и перешли позднее в христианство и ислам. Но в чём же тогда дело? Ведь опыт поколений – это самое лучшее доказательство того, что ростовщичество есть зло, и, казалось бы, в споре, что есть процент: мотивация или зло, - надо ставить точку.

Однако, не всё так просто. Правы, как обычно, обе стороны разом. Это и мотивация, и зло. Смотря по обстоятельствам. Всё дело, как обычно, в самих же людях. Ведь сам по себе процент – это исключительно удобная вещь в плане мотивации должника. Это совершенно бесспорно.

Но вот далее начинаются нюансы. Например, почему-то в последствии оказывается, что, не смотря на всю силу мотивации, рано или поздно должник оказывается в условиях, когда даже сам кредитор понимает, что сроки возврата займов надо увеличивать. Т.е. заёмщики начинают рефинансировать свой долг в счёт новых процентов. А потом, вдруг, наступает массовое разорение и банкротство, потому как улучшения ситуации опять же не происходит.

Это не моё и очень-очень древнее наблюдение, но, несмотря на это, ростовщичество по-прежнему остаётся востребованным по сей день. А иначе и быть не может, потому как капиталы не должны пылиться без дела - время деньги. Значит, капиталы будут обязательно отданы в рост. Это в принципе неизбежно. Но почему же процент всё-таки съедает должника? Обычно здесь приводится аргумент, что ростовщический процент включает некую положительную обратную связь.

Это самый излюбленный прием критиков процента. Однако, скажите мне, а что же мешает ввести компенсирующую отрицательную обратную связь, например, в виде законом предписанных массовых списаний долгов раз в несколько лет, которые практиковались на том же Древнем Востоке повсеместно? Т.е. решение у задачки в минимальном виде уже давно есть. Но тут мы упираемся в самое главное, а есть ли вообще желание эту задачку решать-то? Трудно отделаться от подозрений, что вовсе не в проценте дело, а в процентщиках, да и в заёмщиках тоже.

Собственно, само слово процент уже вводит в полнейшее заблуждение, когда речь заходит о ростовщичестве. Процент здесь вообще не причём. Это так – фетиш для невеж, а на самом деле всё куда как тоньше. И по этому поводу я расскажу Вам очень поучительную историю, совершенно типичную для той эпохи, до которой мы как раз добрались.

Участь земледельца во все времена была одной из самых трудных. Вот и жители селения Ах-иддина, находившегося близ вавилонского пригорода Шахрина, с великим трудом перебивались от урожая до урожая. И случилось так, что некий вавилонский олигарх Иддин-Мардук почувствовал некую особенную страсть к землям, находившимся во владении ах-иддинцев.

Всё что потребовалось Иддин-Мардуку – это дождаться подходящих условий для атаки. Т.е. неурожая. Вот в один такой неурожайный год, когда прилежные селяне не знали, чем кормить свои семьи, и явились «благодетели», Иддин-Мардук с приказчиками, и предложили «помощь». Голодающим селянам было предложено продать будущий урожай по текущим ценам. Выхода у селян вообще-то не было, и те волей-неволей приняли эти условия. Наступила жатва. Голодовка кончилась, но львиную долю собранного ячменя пришлось отдать «благодетелям».

А вот тут самый главный фокус. Урожай был продан по летним, т.е. самым низким в году, ценам. А возврат происходил при ценах зимних. Мало того, что Иддин-Мардук наварился на сезонных колебаниях цен, так ведь пришла новая зима, и селянам уже самим пришлось просить Иддин-Мардука и его людей выкупить у них следующий урожай.

Так, из года в год задолженность увеличивалась, и дело кончилось тем, что все селение оказалось во власти Иддин-Мардука, который вел оптовую торговлю продовольствием. А тот ещё и приказал своим должникам выращивать то, что требовалось лично ему, в частности чеснок, а не то, что им хотелось.

Каждый год весной по каналам плыли лодки и плоты, груженные чесноком, ячменем, финиками, сезамом, выращенными должниками Иддин-Мардука и предназначенными для продажи жителям Вавилона. Иддин-Мардук богател, а жители селения Ах-иддина и многих соседних деревень все глубже и глубже увязали в долгах. Формально они оставались собственниками своих парцелл, а фактически превратились в крепостных Иддин-Мардука, работали на него из-за долгов и никуда не могли уйти от своих клочков земли. Иддин-Мардук же, не являвшийся юридически крупным землевладельцем, в реальности владел несколькими латифундиями, потому что в таком же положении, как селение Ах-иддина, оказалась значительная часть всего округа Шахрина.

Обратите внимание, как всё это похоже на жизнь современного среднестатистического американца, который набирает долгов выше крыши и живёт всю жизнь в страхе потерять своё место. Ведь тогда он лишится всего, ибо он круто должен своему кредитору-банкиру. И ежели не сможет американец в неопределённый момент будущего выплатить всё сполна, то тут же окажется на улице.

В этом и кроется главная западня ростовщического капитала. Ведь в чём главная суть любой сделки по продаже капитала-то? В ожидании. Сам по себе капитал есть ничто. Максимум, он может служить стимулятором деятельности. При этом, когда происходит продажа капитала, то одна сторона всегда продаёт обещания, а другая покупает ожидания. А что выйдет из такой сделки, далеко не всегда можно сказать заранее. Есть такой анекдот на эту тему: если Вы должны банку тысячу рублей – это Ваши проблемы, а если Вы должны банку миллиард рублей – это уже проблемы банка.

Заимодавец ожидает, что ему не только вернут, но и вернут больше, чем он отдал, и это всегда риск. А получается вот что в итоге. В тучные годы, когда всё хорошо, возникает иллюзия процветания, приводящая к тому, что огромный поток халявного богатства, полученного от собравших, например, удачный урожай землевладельцев, обращается на покупку бесчисленных «прекрасных» вещей, призванных увеличить наслаждение жизнью. Т.е. весь гешефт безо всяких стабфондов проматывается на сверхдорогое потребление. Или того хуже, направляется на разорение других, менее удачливых сегодня трудяг, что ещё более осложняет ситуацию в долгосрочном плане. В сущности, так уничтожаются ресурсы, которые можно было бы использовать в будущем.

И что интересно, речь здесь идёт не только о ростовщиках, но и о тех, кто с них кормится. Ведь ростовщики – это далеко не всегда конечное звено в цепи питания. Очень часто ростовщик оказывается лишь инструментом выколачивания средств для тех, кто любит вкусно поесть и хмельно выпить на халяву. Для аристократов, например.

Вот Вам, пожалуйста, снова Вавилон. Или как выглядела бы на самом деле история о библейском Иосифе, если бы авторы Ветхого Завета не поспешили бы с хэппи-эндом, возникшим в этой истории исключительно из идеологических соображений.

Всегда и везде «хозяева мира» нуждаются для управления своими разбросанными имениями в услугах управляющих. Вот и у могущественной вавилонской семьи Эгиби одним из таких управляющих долгое время был Даян-бэл-уцур. Карьера последнего началась с того, что он попал в залог к уже известному нам Иддин-Мардуку. В 545 году до н.э. Даян-бэл-уцур сидел арендатором (т.е. топ-манагером) в одном из имений Эгиби. Иддин-Мардук обратил внимание на деловую сноровку раба и в 535 году выкупил его у прежних господ, ныне должников Иддин-Мардука. Даян-бэл-уцур стал приказчиком Иддин-Мардука и занялся той самой скупкой урожая у землевладельцев селения Ах-иддина, о чем уже говорилось выше. В 525 году, перед смертью, Иддин-Мардук подарил раба своему второму внуку - Набу-аххе-буллиту, сыну Итти-Мардук-балату, потомка Эгиби. Так раб-манагер стал собственностью уже семьи Эгиби, которая поручила ему управление своими имениями в районе Шахрина. Даян-бэл-уцур продолжал заниматься скупкой урожая, ростовщичеством, брал в залог землю у должников, получал ренту с арендаторов в имениях семьи Эгиби, и приобрел у господ репутацию дельного и надежного слуги.

В 508 году перед разделом имущества с братьями Мардук-нацир-апли, старший в семье Эгиби, выкупил Даян-бэл-уцура с его многочисленной семьей у своего брата Набу-аххе-буллита. Дело в том, что Даян-бэл-уцур помогал ему в одной щепетильной операции.

В своё время Мардук-нацир-апли, подмазав необходимые шестерёнки в механизме местных храмовых властей, купил право сбора чеснока в имениях храма Эсагилы в 512 и 511 годах. За это он заплатил аж 42 1/2 мины, т.е. 22 килограмма серебра. Деньги, разумеется, немалые, и, скорее всего, заёмные. Чтобы возместить затраты побыстрее и получить прибыль побольше, Мардук-нацир-апли попытался нажать на держателей храмовых земель, поручив это сделать Даян-бэл-уцуру. Но держатели дали отпор и хищнику, и его рабу. Дело дошло до открытого бунта. Даян-бэл-уцура избили до полусмерти разъяренные вавилоняне, и упырь больше не посмел сунуться к ним за чесноком. В итоге, вместо предвкушаемых барышей Мардук-нацир-апли понес крупные убытки, и только финансовая помощь семьи жены спасла его от банкротства.

А мораль проста: не гонялся бы ты поп за дешевизной.

Любая рента становится в итоге лишь причиной формирования класса паразитов-рантье, если этому не препятствовать всеми силами. А если не направлять изъятые рентой средства на некое нужное всем дело, по примеру царя Езекии, то всё закончится весьма предсказуемо.

Чем прибыльнее текущая циркуляция ростовщического капитала, тем выше ожидания тех, кто окормляется от этих доходов. И ожидания эти будут только расти, как это было в случае с Мардуком-нацир-апли, которому всё было мало. Ожидания - это система с положительной обратной связью, вероятно, заложенная в природе самого человека. Поэтому дело тут даже не в алчности Мардука-нацир-апли, ему необходимо было искать всё новые источники дохода, так как всё что он обирал со своих жертв, тут же исчезало в топке потребления. Одних только домов в разных городах Вавилонии у Мардука-нацир-апли было за полсотни.

Если не выводить эту избыточную, т.е. не гарантированную реальной жизнью, ренту в некий Стабфонд и не вкладывать её в Развитие, то скорее рано, чем поздно, но обязательно выяснится, что рухнувшие ожидания просто нечем компенсировать. Всё проедено в тучные годы, и даже если это была, скажем, лишь половина всей ренты, то второй половины всё равно не хватит. Та рента, что была потреблена, очевидно, невосполнима.

Вот царь Езекия не только защитил свой народ от уничтожения, но заодно и ренту перераспределил, вытряхнув её из наиболее денежных мешков. Ему сопутствовал в итоге успех. Однако, плоды его трудов снова присвоили олигархи, выторговав после успешной обороны Иерусалима себе тёплое место под ассирийским солнцем. Затем они снова выжали Иудею досуха. И снова люди стали продаваться за пару обуви. И снова окреп ветер перемен, который не утих на самом деле вместе с казнённым Исайей. И снова для олигархов этот ветер оказался скорее ядовитым, чем освежающим.

Короче, если некие финансовые паразиты оказались у власти, особо не расстраивайтесь. Это ненадолго. Они обязательно доиграются до открытого бунта. Правда, когда эту бригаду всё-таки от власти отстранят, тоже не спешите радоваться. Они могут очень скоро вернуться, если ничего не предпринять в этом направлении. И природа ростовщического процента здесь совершенно не причём - всему виной природа человеческая.

Так что ростовщики – это далеко не единственная причина кризисов. Просто они более других подходят на роли главных виноватых по формальным признакам. Хотя в том же Египте, например, где первые настоящие ростовщики появились только во времена Нового Царства, кризисы происходили регулярно и без них. А могут быть и другие причины, оказывающие влияние на самое главное - устремления людей - в направлении, способствующем развитию кризисных явлений.

Для примера могу Вам предложить рассмотреть на досуге полушуточную гипотезу о кризисе хронической усталости элит. Эта штука возникает, когда общество переходит некую грань потребительства и начинает концентрироваться не только на удовлетворении самых низших своих потребностей, но и в самой изощрённой их форме. Более того, подобное становится смыслом жизни вообще.

В Древнем Риме такие времена проходили под лозунгом «хлеба и зрелищ». Но я бы тут немного расширил фразу до «хлеба, зрелищ и секса». Про этот последний фактор, конечно, в школьных учебниках не напишешь, но именно он таит в себе очень серьёзный потенциал для самоликвидации империй.

Факт того, что краху всегда предшествует период, так называемого загнивания общеизвестен. И проявляется это в том числе в безудержной сексуальной активности граждан, которая становится результатом самой банальной скуки. В итоге, у подавляющего большинства жителей империи оказывается гораздо более чем один сексуальный партнёр. О массовых оргиях, которые устраивались в Риме периода упадка многие, наверное, наслышаны. Нечто подобное творилось и в Ниневии перед крахом Ассирии.

Но это дела седой древности, у нас же перед глазами есть пример нынешних дней, когда порно занимает чуть ли не девяносто процентов всего трафика сети интернет, а с прилавков каждого газетного ларька нас атакуют силиконовые титьки фотошопных девиц. В таких условиях даже самые аскетичные мужики не выдерживают, и разврат множится. Но у нас-то это ещё как бы новинка, хотя и ничем не сдерживаемая а вот в США, где всё это дело началось ещё в конце 40-х годов прошлого века, несмотря на все потуги скорчить строгую и добропорядочную мину, сексуальная распущенность американцев достигла, а может, и превзошла древнеримскую, полностью похоронив под собой последние остатки пуританского духа.

Вы, конечно, спросите, при чём тут падение империй? Отвечаю. Всё дело в маленьких таких, но очень зловредных созданиях, кои передаются от человека к человеку исключительно половым путём. Да-да, именно так. Может быть, это самая смешная, но точно не самая последняя причина для кризисов. Ситуация с венерическими заболеваниями на самом деле не так проста, как кажется на первый взгляд.

Даже сейчас науке известны далеко не все возбудители венерических заболеваний. Их разнообразие огромно, всякие ОРВИ тут и рядом не стояли. Есть даже такие слухи, что чуть ли не у каждого человека есть с рождения свой особый набор микроорганизмов, которые для него лично не представляют никакой угрозы, а вот для других людей могут оказаться вполне враждебными. Нет, другой человек не умрёт. Скорее всего, он эту враждебность в своём организме даже не почувствует. Собственно поэтому такие болячки и называются скрытыми инфекциями.

Но у всех у них есть одно общее свойство – они вызывают так называемый синдром хронической усталости. Ничего особенно страшного, но активность и стойкость человека всё-таки снижается. А по мере дальнейшего сбора букета усталость от жизни растёт всё дальше и больше.

Симптомов при этом никаких обычно нет, а потому и в голову никому не придёт лишний раз провериться у врача. Заглянуть на огонёк в КВД считается чуть ли не постыдным делом, тогда как «хождение налево» не только таковым не считается, но даже является почти что обязательным мероприятием, практически героизированным. Но в итоге-то, микроскопическая зараза распространяется и распространяется, а целая страна выглядит всё более и более хмуро, не смотря на то, что живёт очень весело.

И что уж говорить о временах древних, когда ограничения на половую активность носили вообще только рекомендательный характер. Т.е. люди, принадлежавшие к элите, не ограничивали себя вообще ни в чём. Развращение золотой молодёжи всегда приводило только к стремительному распространению скрытых инфекций, а вызванная этим хроническая усталость к всеобщему инфантилизму будущих элит. Суммарный эффект этого явления должен проявляться в заметном отупении и полном безразличии к реальной деятельности. О чём, кстати, нам с большим знанием дела в своё время поведал царь Соломон, большой спец по этому делу.

 Так что, Манассии приходят и уходят, а сифилис остаётся. И единственный способ с ним бороться - обрести вечные ценности. Правда, чтобы иногда понять истинное значение этих самых ценностей, требуется обрушение всего мироздания.
 



Война в Малороссии от очевидцев и участников от 08.07.2014.

Оригинал взят у bulochnikov в Война в Малороссии от очевидцев и участников от 08.07.2014.

Дальний кордон

Что происходит на российско-украинской границе

Контрольно-пропускной пункт «Изварино» приоритетная цель для украинской армии. Закрепившиеся здесь ополченцы называют этот путь «дорогой жизни» или «родником» - именно здесь в последние недели проходила львиная доля не только беженцев, но и так называемой «российской гуманитарки». Наш корреспондент провел сутки на важнейшем КПП Луганщины.

– Знаешь, кто настоящая элита любого общества? Военные, менты и бандиты. Это самые подвижные слои, люди, которые стремятся чего-то добиться. Они – пастухи. Остальные - так скажем, овцы.

Сухощавый, улыбчивый человек с позывным «Дед» - глава отряда ЛНР, удерживающего в последние дни КПП «Изварино» на российско-украинской границе. Мы беседуем в региональном штабе в приграничном городке Краснодон - здесь «Дед» лишь один из нескольких командиров, каждый из которых контролирует свой участок.

– А как же, например, бизнес? - пытаюсь возразить я.

– Ты политэкономику вообще учил? Не бывает первоначального капитала без криминала, все серьезные бизнесмены с него начинали. С преступлений – грабежей, убийств. Даже в интеллектуальной сфере. Возьми компьютеры – одни и те же люди сначала пишут вирусы, а потом продают от них защиту. И никогда нигде иначе не получалось. Такова природа денег. И власти.

«Дед» знает, что говорит. Когда-то он был не последним человеком в подмосковном ОМОНе. Тогда у него был другой позывной – «Шериф». Он весил сто килограммов, был молод и верил, что делает нужное дело. Сейчас из всего этого осталось только одно.

– Я же родом отсюда – учился здесь, за девчонками бегал. И пусть мне сейчас полтинник, я не мог сюда не приехать. Это сейчас так молодежь воспитывают, без идеалов, без хребта. И оружия они боятся. А в Союзе мы и слово честь знали, и как эту честь защитить – тоже.

– Не идут к вам добровольцы?
– Мало идут - мужиков-то вон сколько. А кто идет, тот бестолковый, хорошего солдата из них долго делать.

– А что вообще перемирие, кстати оно вам было?

«Дед» пожимает плечами.

– Все равно у нас тут неспокойно было. Хотя, конечно, мы за это время укрепились, и оружием, и людьми.

– Оружие-то из России?

Дед хитро прищуривается: «Много будешь знать – скоро состаришься», написано у него на лице.

– Караваны идут с гуманитаркой. Мы им сопровождение предоставляем, за это с нами малость делятся. Чего уж там идет, тем и делятся.

Из разговора становится понятно, что поставки «гуманитарки» из России устроены довольно мудрено. Полевые командиры обладают разным весом и у каждого свои связи, через которые он и организует караван. Тот проходит полями вблизи Изварино, а «погонщики» за услуги по охране груза или просто по душевной доброте скидывают часть груза местному отряду. Адресат тоже не в претензии – он, как правило, точно не знает, сколько и чего к нему везут. Тут уж не до накладных.
– Эдак же погонщики и «налево» толкнуть могут, - удивляюсь я

– То-то и оно, - задумчиво отвечает «Дед». Тушит бычок в пепельницу, сделанную из жестяной банки из-под гранатных запалов, - Пойдем что ли?

Выходим из штаба и садимся в небольшой внедорожник.

– Не моя, конфискованная. У пограничников. Мы только перекрасили.

Дальний кордон. Фото 1

От Краснодона до КПП Изварино – 17 километров. По дороге «Дед» объясняет диспозицию. Слева на бугре – «свои». Справа – «чужие». На гребне холма в паре километров от нас.
– У них там десятка два танков, гаубицы в ряд стоят, минометы. Подтянулись, будут долбать, - «Дед» аккуратно объезжает рытвины, - Не дрейфь, еще не вечер.

До часа Икс (22.00) действительно еще есть время.

Подъезжаем к разбитому КПП. Дыры от пуль в распахнутых настежь дверях, оплавленный разрывами сайдинг, частично выгоревшие помещения. Разбросаны какие-то документы, книги учета, таможенные декларации. Усыпанная осколками стекла газета с интервью, которое украинские пограничники так и не успели дочитать: «Дело чести», - провозглашает Кинах с потрепанной странички. Десять дней назад пограничников выбили с таможни - после тяжелого боя они вынуждены были с потерями отступить. В Россию – больше идти было некуда.

– У нас были с ними определенные договоренности, - объясняют бойцы ЛНР, - они спокойно оформляют людей, а нас не трогают. Соответственно, мы не трогаем их. Но когда тут украинская армия показалась, так они осмелели, пришлось объяснить.

С тех пор таможню контролирует собственно ЛНР. Готовясь к окончанию перемирия, бойцы подогнали бульдозер и пытались заняться фортификацией. Не особо, впрочем, капитальной.

– Мать твою, ну не так же! Вот сюда, сюда тащи, боком, - орал позывной Викинг на водителя бульдозера, который честно пытался создать неприступную крепость из пары бетонных блоков.

В ангаре, который раньше служил для осмотра транспортных средств, бурлила жизнь. Кто-то доедал суп, кто-то заваривал чай, но большинство сгрудилось в углу, где было сложено оружие – пулеметы, автоматы, заряды для РПГ и кофры с патронами. Бойцы ЛНР с интересом разглядывали несколько зелено-оранжевых тубусов.

– Это, кто не знает, спаренный пехотный огнемет, весит каждый тубус по 16 кило, стреляет он так, - вообще-то долговязый Прапор пришел в отряд пулеметчиком, но, имея хоть какой-то опыт, вынужденно взял на себя азы начальной военной подготовки.

Из «Шмеля» в отряде никто никогда не стрелял. Многие к военной службе и вовсе не имеют никакого отношения. Шахтеры, водители, учителя.

– Тут большинство – глубоко гражданские люди, - растолковывает мне один из тех «кто кое-что умеет», - Могучий, коренастый Одесса, в соответствии с позывным одессит. На берегу моря у него была своя частная охранная фирма, семья, деньги, - Все нормально у меня там было. Но я же был в Киеве по делам, лично видел этих майдановцев. И когда тут началось, я сразу же переписал все на людей и приехал. Какие здесь к черту бендеровцы, какой украинский национализм?

Единства мнений, что же «тут» должно быть, среди бойцов ЛНР нет. Одни считают, что Россия, другие – что Новороссия, некоторые еще недавно были не против автономии в составе Украины, но теперь уж – дудки: «Они же дома наши бомбят, и нам теперь с ними в одном государстве жить?», - говорят самые умеренные.

– Я тебе расскажу, как у нас тут все устроено, - в упор смотрит на меня Одесса, - Мне терять нечего, к моей семье уже из СБУ приходили. Когда мы погранотряд в мирном штурмовали, я там на крыше с РПГ сидел, а один журналист меня снял – так вечером я во всех заставках новостей светился. Встречу тварь, колено прострелю. Мы же к ним по-людски, провели к себе, снимай на здоровье, но без лиц, разве не понятно? Теперь, вот, семью мою тягают. Ну, да и хер с ними, вертел я их всех.., - Одесса сплевывает

– Вот, кстати, насчет крыши этой ты знаешь что напиши.., - Одесса делает паузу и выпаливает, - Что за х..ню они нам здесь вместо оружия присылают? С Крыма оно там или с консервации мне без разницы. Все ржавое, древнее как говно мамонта, драить приходится, пристреливать. Это в лучшем случае. А то лежим мы с Прапором на этой крыше, он меня прикрывает от снайперов. Много их у погранцов было, голову не поднять. Мне надо вскочить, долбануть из РПГ туда вниз и быстро обратно сесть. Ну я заряжаю, Прапор дает очередь, я вскакиваю, жму на курок, щелк, и ни х.я, я еще раз – щелк, и так четыре раза!, - Одесса раз за разом жмет на воображаемый курок, на его лице негодование переходит в панику, - Ну, думаю, надо садиться, а то башку сейчас отстрелят. И тут эта байда сама срывается и летит куда-то! На две секунды позже она е..ни, ни меня, ни Прапора бы здесь не было! А потом приносят мне на крышу еще ящик зарядов – эти, говорят, кумулятивные, смерть, пару раз попадешь, и все от здания ничего не останется. Я открываю, смотрю, вроде ж учебные. Ну, думаю, может, это я дурак? Заряжаю, стреляю – а она летит, об стенку ударяется и так, дзынь – вниз падает! Кумулятивные! Смерть! Если в лоб попадешь!

Прапор, слушая знакомую историю, хохочет, но потом тоже становится серьезен.

– А ведь у нас там «Шмели» были. Разок е..нуть и все! Кто не сгорит, тот сдастся. Но нам руководство запретило: не хотим, мол, лишних жертв, - Прапор делает страшное лицо, - То есть мы весь боекомплект расстреляли, людей своих потеряли и все для того, чтобы с той стороны не было «лишних» жертв!? Это, вот, как назвать?

– Да они там вообще... Любят в белых перчатках повоевать. Кому война, а кому мать родна, - продолжает свирепеть Одесса, - Мы здесь все кроме этого ржавого железа вынуждены за свой счет покупать – телефоны, бензин, форму, разгрузки. А как в штаб придешь, так там все красавцы, с иголочки, все на них новенькое и оружие отличное, даже с глушителями. Нам бы здесь такое! У нас здесь разведрота без глушителей ходит, а он там в штабе торчит, понтуется, хоть бы раз из него выстрелил! Зато пропуска наши у всех кого ни попадя, барыги все с рынка уже в начальниках ходят. И стволы не пойми у кого появились. Попробуй тронь...

В доказательство этих слов Одесса и Прапор рассказывают пару историй про «зверьков» - как местных, так и «нерусских». Один из них не хотел закрывать свой ночной клуб «с голыми девками» после окончания комендантского часа, а другой – так и вовсе стал под дулом автомата требовать у продавщицы магазина, отказавшейся торговать за рубли, необходимый ему продпаек.

– А какое у него право здесь рублями расплачиваться! Здесь территория Украины, здесь гривна, - приводит неожиданный аргумент Одесса.

Короче, ни с одним из нарушителей разобраться «как следует» не удалось - начальство после пары звонков пошло на мировую. То же и с отправкой семей бойцов ЛНР в санатории Крыма или Юга России. Оказывается, есть в РФ и такая программа. Списки семей составляются, разумеется, в ЛНР и, по словам служивых, хорошо, если хотя бы 15% из попавших в них, имеют отношение к ополченцам. Остальные – «левые люди», а рядовым бойцам приходится эвакуировать семьи за свой счет.

– У них там в тылу, что мир, что война – одна и та же канитель, лишь бы делишки свои провернуть. Вот нас сюда на границу из штаба и поперли, теперь ты понимаешь почему, мы им там такие идейные не нужны, - подытоживает Одесса, - Вон там южнее нас границу Рим держит, так он вообще всех послал, теперь сам по себе. Но ему-то хорошо, у него там ГРУшники с ним стоят, а мы так не можем. Да, кстати, еще напиши, чтобы в России смотрели, кого сюда посылают. То есть спорить не буду 95% нормальные ребята, но, вот, например, недавно пришел отряд – целый этаж в Краснодоне занял, так там у них шприцы повсюду валяются, прямо с кровью. Это что еще за чума?

Дальний кордон. Фото 2

Из 95% «нормальных ребят» на границе обнаружилось двое, оба из Калининграда. Один просил про себя ничего не писать, зато другой с позывным «Князь» рассказал познавательную историю о том, как он добирался из Калининграда в Изварино.

– Меня зовут Святослав и я, скажем так, гражданский активист. Решил приехать сюда, потому что тошно уже «лайками» в интернете воевать. Собрались с ребятами, стали ходить по разным обществам, которые собирают деньги на помощь Восточной Украине, по разным партиям и движениям. И ничего. Собирать-то они горазды, а помогать – нет. Им главное митинг собрать, флагами помахать, в телеке посветиться, остальное их мало волнует. Зато на меня сразу фэсник (сотрудник ФСБ – ДГ) вышел. Ну, побеседовали – он предупредил, что поездка моя будет незаконной. Я сказал, что в курсе, он и отстал. Наскребли мы с ребятами деньги на билет, долетели до Ростова с тридцатью рублями в кармане. Там помыкались чуток, выяснили, что у вокзала таких как мы собирают, а потом на маршрутке на базу везут. Так и оказалось, там еще несколько ребят было. Приехали мы, значит, на эту базу, выходит к нам командир, объясняет: один день в казарме, два на полигоне, а потом ждем отправки. А я его возьми да и спроси: «А сколько мы в общей сложности здесь пробудем?» По-военному спросил, я же служил. С «разрешите обратиться», все как положено. Но он все равно обозлился: «Давай, иди отсюда», говорит. Вот так прямо посреди ночи и выпер меня на глухую трассу. Остальных взял. А я долго еще попутками до границы добирался, перешел ее здесь неподалеку через поле – там только шлагбаум стоит – и, вот, я здесь. Медик-стрелок.

Пока мы разговариваем жизнь на КПП идет своим чередом. Прапор объясняет немногочисленной аудитории как ослепить экипаж БТРа – сначала командирские приборы, а потом уж механика-водителя. Армянин с несложным позывным «Ара» клеит стоящую в ожидании такси барышню – у девушки на сумке нашит украинский трезубец и оба они с энтузиазмом его отдирают. Викинг сидит в ангаре и слушает в рации канал украинской армии:

– Десятый готов?

– Готов!

– Тринадцатый готов?

– Готов.

– Собираются падлы, - мрачно замечает Викинг и продолжает слушать отчаянно шипящую коробочку. Через некоторое время ему это надоедает и он нажимает кнопку, - Солдаты оккупационной украинской армии! К вам обращается Луганская народная республика. Сдавайтесь! В этом случае мы гарантируем вам безопасность. Сдаться в плен и сдать оружие можно любому представителю Луганской Республики, - официальным тоном произносит Викинг.

Смеркается. Близится час окончания перемирия. Бойцы переодеваются в форму, выстраиваются для построения и распределения постов.

Один из них – немолодой тихий мужчина в хаки-панаме - подходит ко мне.

– Нам бы еще командиров хороших побольше. Вот чего очень не хватает. Мы то, если надо будет, и умереть готовы, но мы же воевать не умеем. И почти все так, и здешние, и те что с России едут. Прислали бы нам оттуда, - он косится в сторону границы, - хотя бы несколько опытных, толковых, пусть даже не как Стрелков, но хоть каких... Мы здесь держимся на одном оптимизме, - мягко говорит он. Внезапно он сует руку в карман и достает оттуда горсть травы с фиолетовыми цветочками, - На, понюхай, чабрец. Нарвал его сегодня немножко.

– ...С россиянами достигнута договоренность: если что, они нас огнем поддержат, - вклинивается голос разводящего, - Если будем к ним отходить, делаем так, - ополченец поднимает левую руку с автоматом над головой, а правую сгибает в локте, - и кричим: «Друг-друг-друг» или «Свой-свой-свой».

Бойцы выходят и растворяются в темноте. Я ковыляю в сторону нулевого километра – как мне сказали, там, не доходя метров десяти до России, есть траншеи. Ни жестяная крыша ангара, ни здание КПП обстрела не выдержат. А в окопе все же чуток поютнее. Как выяснилось, не во всяком.

Четыре маленьких ямки – метр на метр на метр – вот и вся фортификация. Три норы уже заняты – в двух засели корреспонденты РенТв, в третьей – водитель пожарной машины, пригнанной на пост на случай пожара. Свернувшись ежом, залезаю в оставшуюся ямку. До десяти остается еще пять минут.

– Я бы и сам, может, к ним пошел, но глянул, как тут все устроено и не хочу теперь. Это ж разве окопы? Здесь вообще нормальные командиры есть? - ворчит пожарник. - Я в армии служил, но отличником там не был ни разу. А и то ж лучше их понимаю.

Вдалеке что-то ухает. Смотрю на часы: 22.00. Завидная пунктуальность - сильно нетерпелось, как видно. Ухает снова, потом еще. К югу от нас небо подсвечивается кармином. Там за горизонтом поселок Красный Партизан и еще один погранпункт – Должанский. Начать, как видно, решили с него.

Я придвигаю поближе деревянную паллету, которой надлежит прикрыться в случае обстрела, скукоживаюсь в окопе и, позвонив девушке и паре друзей, засыпаю.

Просыпаюсь, вопреки ожиданиям, я вовсе не от канонады. Замерз, да и комары закусали. Занимается день. Через границу едут первые машины, бредут редкие пешеходы. Старичок с десятилитровой канистрой отправляется в Россию, чтобы купить дешевого бензина. Продав его в Изварино, он получит несколько лишних гривен и сможет прожить на них до следующего утра.

Муж и жена с парой тюков – беженцы.

– Мы живем здесь рядом, в пяти километрах, - машет мужчина рукой в сторону Краснодона, - И каждый день мы здесь видели столько людей, детей, женщин, в автобусах, пешком, все уезжают, - голос мужчины начинает дрожать, но он продолжает, - Я чего не пойму? Мы же в 21-м веке живем, все люди, все цивилизованные. Неужели нельзя все это мирно разрешить? Я никогда в это не поверю. Какие у нас умы есть! Какие политики! Так пусть они покажут свое лицо, пусть покажут, что они могут это остановить. Когда нас Запад услышит? Ну, хоть кто-нибудь?, - по грубому, упрямому лицу начинают течь слезы, - Мужчина заплакал, что тут еще сказать? Всего вам доброго.

Дальний кордон. Фото 3

На часах восемь утра. Я вспоминаю о спасительном чабреце – хоть какая-то ниточка, уводящая из этой сошедшей с ума действительности – и иду ставить чайник. «А я вообще люблю за чаем курить сигариллы со вкусом шоколада», - говорит Дед. Но вода не успевает закипеть, слышится сдвоенный резкий удар. Ополченцы вскакивают, хватаются за оружие.

– Боевая тревога! Обстрел, все по позициям!

Вылетаем на улицу. Впереди, в километре от нас пыльный дымок. Машины и люди, двигавшиеся через границу, растворяются в пространстве.

– Попали в птицеферму, двое раненых, вызывайте скорую, - трещат рации

Проходит пара минут. Новый удар, на этот раз «за шиворот».

– Прикиньте мужики, они в нулевой километр х..рят, дядя Вова сейчас на них о-очень сильно разозлится, - радостно сообщает со второго этажа дозорный с биноклем

– Да положить дяде Вове и на нас, и на нулевой километр, - бурчит себе под нос кто-то из бойцов.

Я звоню ребятам из РенТв – так и не дождавшись «картинки» они недавно уехали в Россию помыться и поспать.

– Скоро будет картинка, - говорю

– О, спасибо, брат! Сейчас примчим, - радостно отвечает трубка.

Новые взрывы, ближе. Пристреливаются.

Одесса уже принял душ и надел единственную в отряде песочную форму. Он молча идет к своей машине, открывает багажник.

– На, это тебе, - Одесса протягивает мне автомат.

– Нет, Одесса, спасибо, это не мой жанр

– Возьми. Не видишь, они идут. Тебе же надо как-то защищаться.

– Нет, я лучше пойду, ну, уеду в Краснодон.

– Куда ты поедешь, никого же нет.

– Придумаю что-нибудь.

Часть бойцов смотрят на меня с недоумением, другие, кажется, с брезгливостью. Одесса молчит. Потом он протягивает мне свою здоровенную руку: «Ладно, давай, удачи»

Я ухожу. Оборачиваясь, вижу, как весь отряд сжался под козырьком КПП, какие уж тут позиции.

Они не двигаются с места.

P.S. Через несколько минут после моего отъезда была контужена съемочная группа РенТВ. Через несколько часов снайпер застрелил Одессу. Всего в тот день на границе погибло четверо.

.

«Живой. Воюю в разведотряде»

 

Александр Григоренко, в конце июня уехавший воевать в составе ополчения на Украину, дал короткое интервью «URA.Ru» через Facebook. В нем член молодежного парламента рассказал, где он, как живет, с кем приходится воевать.

-Александр, где вы сейчас?

-Я в Луганске.

-Что там сегодня происходит?

-Нас обстреливают артиллерией и минометами. На границах и в пригородах — окопная война. Жестче всего в районе «Металлиста» (Тот самый поселок, в котором погибли журналисты НТВ Игорь Корнелюк и Антон Волошин — прим. ред.). Противник копит силы.

-Из чего стреляют по Луганску? Где вы конкретно?

-Где я конкретно, сказать не могу, это тайна. А стреляют из гаубиц, в том числе самоходных «Акаций», а также «Градов», минометов и прочего. Но по городу пока не бьют. Во основном по нашим позициям. Но у «укров» мало снарядов для «Градов». Для остального хватает. Обстреливают и днем, и ночью. Я воюю в разведывательно-диверсионном отряде.

-...и у вас, разумеется, оружие?

-Разумеется.

-Какие задачи ставятся, если не секрет?

-Я просто автоматчик. Широкие [ставятся] задачи.

-Если секрет, то как оцениваете отход [главнокомандующего войсками самопровозглашенной Донецкой народной республики] Стрелкова в Донецк?

-Никакой трагедии в отступлении нет. Стрелков дал время Донецку и Луганску подготовиться к обороне. Луганск это время использовал. Тут крепкая военная и гражданская власть. Донецк, я думаю, с помощью Стрелкова подтянется.

-Как относится к вам (бойцам ополчения) местное население?

-Хорошо относится. Тем более не меньше половины ополченцев местные. Правда нас (прежде всего местных) огорчает пассивность населения. Большинство мужчин призывного возраста не воюет за свой город.

-Много россиян воюет?

-Около половины. К нам хорошо относятся. Но мы почти не общаемся с населением. Некогда. Воюем.

-За нами (то есть за «URA.Ru») и, значит, за вами, следит СБУ. Нашего собеседника, казачьего атамана из Кургана, задержали на границе. Не опасаетесь, что после возможной сдачи начнется охота?

-Никакой сдачи не будет. Мы будем воевать до конца. И победим. Дух боевой. От Москвы ждут помощи оружием и специалистами и оборудованием. Вступления войск ждут, но никто особо в них не верит. А что касается СБУ, то на моей пермской земле, когда я туда вернусь, я сам за кого хочешь охоту устрою. Опыт уже есть (улыбается). В общем, не боюсь. Я сделал свой выбор.

-Вернемся к Стрелкову. Сейчас его критикуют близкие к Кремлю люди, вроде Сергея Кургиняна (Накануне лидер движения «Суть времени» прибыл в Донбасс и обрушился к критикой на Стрелкова, обвинив его в том, что бросил людей, которых «сейчас вырезают»).

-Кургиняну, чтобы получить право критиковать, нужно сначала побегать по зеленке от мин, как я бегал.

-Даже такое было?

-Да. На второй день в Луганске мы обстреляли их из миномета, а потом сначала бегали от их мин и уже после сами гонялись за их САУ. На «их» же территории.

-То есть врага в лицо видели?

-Видел.

-Бронежилет есть?

-Броника нет. Да и с ним в разведке неудобно. У нас диверсионная тактика. Один способ — ударить из чего-нибудь по врагу и убежать. Второй — засада на технику противника. То есть мы разведывательно-диверсионная группа. Разведываем — бьем.

-Много уже вылазок было?

-Каждый день почти.

-Инструктора есть? Они россияне? Говорят, что тактике разведывательно-диверсионных групп (РДГ) учат чеченцы — у них опыт применения «троек» (пулеметчик, снайпер, гранатометчик) большой.

-У нас нет инструкторов особых. Все осваиваем на практике. Но есть и группы, состоящие из профи. Обмениваемся опытом. И я все-таки не в спецназе служу. Мы что-то типа фронтовой РДГ. Смешанного состава —и россияне, и новороссы

 


Общественные психозы на Курбан-Байрам!

Оригинал взят у hueviebin1 в Общественные психозы на Курбан-Байрам!
Кровавыми реками слез и скорби заливаются просторы интернетов при упоминании словосочетания «курбан-байрам». Леденящие душу ужасы о страшных кавказских оккупантах рассеиваются по неоновым Московским улочкам, проникая в каждый двор, в каждый подъезд, проникая в каждое неприкрытое оконце, где продолжают свое черное дело, оккупировав разум будничных россиян.

Лезгинка. Она всюду. Нет спасения! Мы все умрем! На красной площади! В троллейбусе! В лифте! В уборной комнате! На супружеском ложе. Лезгинка всеобъемляща. Она подстерегает тебя на любом уровне твоей деятельности! Оглядись вокруг, кто знает – может вдоволь наплясавшись хачи решили отведать плоть твоей юной, девственной дочери? Слышишь по ночам легкий скрип где-то в углу комнаты и блуждающий вой в трубах? Это хачи танцуют лезгику, после чего утренней росой роняя с губ шепот «Аллах-акбар», забираются под одеяло к твоей жене и перпендикулярно выражая горизонтальные желания учат ее танцевать свой народный танец на курбан-байрам!

Курбан-Байрам. Сколько воя поднимается в обществе при употреблении данного словосочетания. Запретить! Отменить! Наказать! ДОКОЛЕ??? Простите, но мы живем в законодательном государстве, которое гарантирует полную свободу вероисповедания и проведения религиозных обрядов. Сразу оговорюсь – мне это мероприятие претит на всех началах. Так же претит, как и сам ислам, алкоголизм, наркомания и прочие бичи современного общества. Мне этот претит, равно как очереди к дарам волхвов – я не вижу никакой разницы между рядом этих абсолютно диких и средневековых культов и явлений. Но, если ты говоришь о запрете Курбан байрама, то ты должен этот вопрос рассматривать в одной связке с запретом очередей к дарам волхвов, или к крещенским купаниям. Потому что нельзя запретить одну религию и оставить другую. В современном мире, либо все, либо ничего. Либо, как у коммунистов – запрещать религии полностью. Либо, как при демократии – все оставить как есть. А россказни о том, что это наша земля – прибереги для своей мамы, ибо Кавказ – часть Российской Федерации и они такие же граждане РФ, как и ты, и соответственно эта земля принадлежит им, точно так же, как и тебе. Недоумевая с кол-ва собравшихся на Курбан-Байрам, недоумевай и вспомнив на сколько километров растянулась очередь к дарам волхвов, задумайся намного ли у нас дикарей меньше и повторяй как мантру про соринку в глазу. Продолжение под катом.

Collapse )